04 декабря, воскресенье Время на сервере 02:48
Теннис: Все новости

Виталия Дьяченко: Попросили сфотографироваться с Тотти, после чего я спросила, кто это

23 августа 2016, 17:48 | Автор: Евгений Коростелев | Источник: Eurosport | Главное фото: twitter.com/VDiatchenko
Виталия Дьяченко: Попросили сфотографироваться с Тотти, после чего я спросила, кто это

Российская теннисистка рассказала о знакомстве со Слуцким, женской дружбе и тяжёлой теннисной судьбе.

– Вы пришли в теннис в 5 лет. Почему выбрали этот вид спорта?
– В Сочи, где я жила, было не очень много вариантов: танцы, теннис, какие-то легкоатлетические виды спорта. Родители и бабушка привели меня на танцы, потом теннисные корты показали. Я ни секунды не думала, куда пойду: в теннисе так весело, все бегают, прыгают, на улице играют в игры. В танцах все растяжкой занимались – скучно, нудно. Я особо не выбирала – сразу пошла в теннис.

– При этом вы всё-таки занимались танцами.
– Я занималась, когда у меня была травма в 14 лет. Я ходила пару месяцев, чтобы убить время. Вообще, мне очень нравятся танцы, и я постоянно хожу смотреть на "Тодес", на концерты. Знаю, что если бы не пошла в теннис, то занималась бы танцами. У меня бы тоже получилось.

– Теннис легко давался?
– Да, очень. Меня родители отвели сначала, просто чтобы чем-нибудь занять, для здоровья в основном – как детей всех отдают. Получилось, что сразу проявился талант, я хорошо стала выступать по детям. Уже в 12 лет официально стала первой в России. Наша федерация меня сразу заметила, в академию Муратоглу пригласили, поэтому дальше развитие шло быстрее.

– Как вы попали к Муратоглу?
– В 12 лет он предложил мне уехать в Париж заниматься, контракт предложил. Я там пробыла полтора года.

– Вы пережили шесть операций. В чем мотивация продолжать играть?
– Во-первых, это моя любимая игра. Именно игра, потому что я очень люблю этот вид спорта, и он мне доставляет удовольствие, когда я играю хорошо. Считаю, что полностью на корте себя не реализовала и могу ещё что-то показать и добиться большего. Сейчас просто такое стечение обстоятельств: травма, операция. Я знаю, что многие люди, процентов 99, наверное, давно закончили бы на моем месте, но мне нравится то, чем я занимаюсь. Считаю, что у меня ещё есть время поиграть. Теннис – такой вид спорта, в который можно играть и после 30 лет – Серена это всем показывает, будучи первой ракеткой мира. Поэтому я буду продолжать.

– В чём причина частых травм?
– Возможно, где-то неопытность тренера, моя неопытность. На момент первых травм я не знала, что есть какие-то новые технологии или что нужно правильно восстанавливаться после игр. Всё было так, чисто на азарте, из любви к теннису. Сейчас сквозь эти травмы я получаю урок, узнаю, что можно делать, а что нельзя. На данный момент ставлю здоровье главным приоритетом.

– Нынешние травмы – последствие предыдущих?
– Да. К сожалению, ситуация с ахиллом произошла исключительно из-за колена. На колене было очень много операций, и из-за того, что произошёл дисбаланс в теле, у меня заболела другая нога. Одно за другим все потянулось.

– Сейчас врачи какие-то прогнозы дают?
– Они мне говорят побольше отдыхать, после каждой тренировки восстанавливаться. Если что-то болит, сразу прекращать заниматься. Ещё врачи советуют следить за другими частями тела, чтобы не заболело что-либо другое.

– Вам посоветовали чаще отдыхать – значит будете играть меньше турниров?
– Да, конечно. Я буду играть не как все – 30-35 турниров, а наверное, турниров 10-15 в год.

– При этом вы не оставляете надежд пробиться в двадцатку сильнейших?
– Конечно, нет. Этот год у меня восстановительный – чтобы как-то в рейтинг вернуться, набрать игровую и физическую форму. Надеюсь со следующего года начать показывать серьёзные результаты.

– Вы не слишком уверенно играете с теннисистками из Топ-10. В чём причина?
– Во-первых, у меня не так много матчей с ними было. Во-вторых, думаю, на данный момент я буду неуверенно играть с кем угодно. Я не играла 9 месяцев на турнирах, из которых 8 я не играла в теннис в принципе. Неуверенность не связана с рейтингом человека на той стороне.

– Проблема в психологии?
– Да, потому что когда я играла до этого, я не испытывала никаких проблем, неуверенности не было.

– Вы живёте в Москве?
– Пока я восстанавливалась и тренировалась в Москве, но тут, к сожалению, лично мне не очень удобно. Мы подумаем и, может быть, на уедем куда-нибудь за границу, чтобы провести серьёзную подготовку уже к концу сезона, к US Open, к хардовому покрытию. Нужно набрать физическую форму, игровую, а в Москве не получается много тренироваться из-за пробок. Плюс моё состояние не позволяло мне тренироваться больше одного раза в день, а это очень мало: нужно тренироваться три раза. Вместо шести часов на корте я проводила всего полтора.

– Джон Макинрой недавно выступил с предложением разрешить тренерам подсказывать своим игрокам с трибуны. Вы за такое нововведение?
– Я считаю, что тренер может что-то на руках подсказать или что-то очень тихо сказать, но так, чтобы он кричал… Всё-таки теннис – интеллигентный вид спорта, не как футбол или хоккей. Из-за этого у нас и правила такие, чтобы не кричали, вели себя спокойно. В теннисе очень много неадекватных тренеров, родителей, очень неспокойных – эмоции у всех бурлят, а в такой момент можно выкрикнуть всё что угодно. Считаю, правильно, что тренер сидит, спокойно смотрит игру и выходит подсказать, как у нас в WTA, между сетами или тогда, когда игрок может вызвать его на корт.

– Вы только вернулись в Тур после августовской травмы. Насколько тяжело был войти в рабочий ритм?
– Очень тяжело. Во-первых, это постоянная боль в мышцах, постоянный дискомфорт. Не говоря уже о том, что нога постоянно болит. Тренировки идут через боль, и с этим большие проблемы.

– Этот период позади?
– Нет. Мне предстоит проходить через это весь ближайший год, особенно когда происходят изменения в погоде, когда идёт дождь или холодно. Это всё очень сложно. Я думаю, что не все смогут через это пройти.

– Рафа Надаль снялся с "Ролан Гаррос" из-за травмы и признался, что играл до этого на уколах. У вас такое было?
– Я играла на уколах перед травмой, но могу сказать, что если травма очень серьёзная, то уколы не помогают. Врач колол мне обезболивающее, но это ни к чему не приводило. Я бы и рада была сыграть на уколах, но мне это просто не помогает. Когда у тебя реально какие-то проблемы со здоровьем, тебе нужна операция, но никак не укол. Когда что-то лёгкое вроде воспаления, тогда, наверное, уколы могут снять боль. Если можешь играть на уколах, значит, тебе повезло.

– Надаль сказал, что у него чуть было не случился разрыв кисти. Он врал?
– "Чуть было" – это распространённое и непонятное высказывание, потому что я знаю, что такое "чуть было", и знаю, что такое разрыв. Это абсолютно несравнимые вещи. Чуть разрыв – это когда мышцу немного потянул. А когда разрыв, то ты не можешь ходить или бить по мячу, как это было со мной. Я знаю это на примере колена и на ахилле.

– Вы говорили, что ваш кумир – Серена Уильямс. Матч против неё больше всего запомнился?
– Матч против Серены – самый нелюбимый, самый ужасный. Мне пришлось выйти с травмой на US Open и играть против неё. Я тогда очень расстроилась, что попала на неё в первом круге и что у меня заболела нога. Я не показала никакой игры, хотя была готова неплохо, готовилась к борьбе. Было очень обидно, даже вспоминать об этом не хочу. Когда я выходила на "Ролан Гаррос" играть против неё пару, у меня опять эти мысли в голове прошли, как я с ней играла в прошлый раз.

– Почему вы тогда не завершили матч досрочно?
– Мне было очень обидно и неприятно. Я очень хотела завершить сразу, но думала вдруг что-то пройдёт. Я во время первого сета выпила несколько таблеток обезболивающих – это не уколы, конечно, но всё-таки. Мне сделали тейп. Думала, мало ли сейчас что-то случится и игра пойдёт. Просто очень не хотела завершать игру именно так.

– Перед матчем сильно волновались?
– Очень хотелось сыграть, конечно, но очень не хотелось делать это в первом круге. Нужно выходить, сразу показывать лучший теннис, а ты не знаешь, как пойдёт первый круг. Это всегда очень сложно, надо втянуться в игру. И вообще, я узнала о том, что играю против Серены, от своих друзей, которые мне стали писать. Я проснулась, сетку ещё не знала, потому что была в Канаде, а там немного другая разница во времени. А мне все пишут, что я играю с Сереной.

Помню центральный корт, полные трибуны, и я, у которой нереально болит нога, которая не может ходить.

– Несколько лет назад вы говорили, что финансово в теннисе вам помогают родители. Сейчас пришли к тому, чтобы обеспечивать себя самостоятельно?
– Нет, мне так же помогают родители, так же благодаря им я что-то могу оплачивать сама. Все благодаря маме и папе. Мне очень много помогает мама. Она работает моим менеджером, агентом, помогает мне с отелями, с перелётами, и конечно же, финансово мне помогает папа.

– Какие советы они вам дают в период травм? Не предлагают завершить карьеру?
– Мне с ними очень повезло в этом плане. Они на меня не давили, никогда не говорили и не настаивали завершить карьеру или ещё что-то сделать. Они видят, что я очень хочу играть, и верят в меня, всегда радуются тому, что я могу вернуться на корт. Потом уже радуются первой победе и когда я начинаю показывать результаты. На самом деле, мне очень приятно возвращаться на корт, зная, что их очень порадую этим.

В этот раз на "Ролан Гаррос" со мной была мама. Впервые за долгое время она поехала со мной на турнир. К сожалению, получилось, что я пробыла там, как на экскурсии. Но я надеюсь, что порадую их победами именно на таких турнирах.

– Своего ребёнка в будущем отдадите в теннис?
– Да, если увижу у него талант, то конечно, отдам. Мне было бы очень интересно научить своего ребёнка самой играть в теннис.

– Если не захочет, настаивать не будете?
– Здесь очень важно выполнять функцию тренера. Ты должен чувствовать своего ребёнка, потому что это твоя кровь. Родители должны понимать, что нравится ребёнку или не нравится, потому что я считаю, что спорт очень развивает. Футбол, хоккей, теннис – у меня был бы такой выбор, будь у меня мальчик. Если девочка, то в этот список добавилась бы ещё гимнастика. Очень важно видеть, что у ребёнка именно желание есть заниматься этим видом спорта, а насильно никогда заставлять нельзя. Меня никогда не заставляли. Если только на стадионе пробежаться 20-30 кругов, потому что это я не любила и не люблю делать, но это было нужно. А заставлять заниматься и выбирать профессию на всю жизнь – это очень серьёзный шаг.

– Раз вас заставляли бегать круги, получается, что тренироваться не любите?
– ОФП не люблю. Я его просто терплю, выживаю эти час или два, будь то тренажёр или стадион. Я люблю только играть в футбол - такое ОФП мне нравится. А так я его делаю только ради того, чтобы на корте себя чувствовать лучше, сильнее и быстрее. Вообще физическую нагрузку вне корта очень тяжело переношу.

– Почти в каждом интервью вы говорите, что очень любите хоккей и футбол, ходите на матчи. Как это произошло?
– У меня брат пошёл в хоккей, когда ему было 5 лет. Я помню, как с детства ходила на его тренировки, матчи, болела и после этого очень полюбила хоккей. С футболом я познакомилась позже, когда у меня появились друзья футболисты, когда я стала ходить на их игры. Мы очень много времени проводили в спортивных клиниках, общались с мальчиками и девочками, которые занимаются хоккеем и футболом. Да, это мои любимые виды спорта. Так как теннис я не очень люблю смотреть по телевизору - делаю это, только когда участвую в турнире и мне надо на соперников посмотреть. А футбол и хоккей – именно те виды спорта, ради которых я могу поехать на стадион, посмотреть, поболеть.

– Ваш любимый город – Рим. Что чувствовали, когда стало ясно, что не сыграете на римском турнире в этом году?
– У меня был вариант поехать в Рим восстанавливаться после последней операции, но я его отклонила, потому что провела там очень много времени. У меня об этом городе есть и плохие, и хорошие воспоминания, меня в римских больницах и клиниках все знают. Такой город, в котором чувствуется история и культура. Если Париж – это роскошь и шик, то Рим – это ещё и очень сильный город. Конечно, очень хотелось сыграть там, но я понимала, что приеду туда и у меня просто не будет шансов. На тот момент я только начинала тренироваться, поэтому смысла ехать не было.

– Вы сейчас живёте и тренируетесь в Москве. Почему не хотите переехать в Рим или Париж?
– Для тенниса я бы не хотела переезжать в такие города. Это то же самое, что и Москва: там будут пробки, расстояния. Я считаю, нужно ехать туда, где хорошие тренеры. То есть тренер по теннису у меня уже есть, а мне нужен ещё тренер по ОФП. Я думаю, что на лето поеду в Ниццу, в проверенное место, где я занималась с тренерами, которые восстанавливали меня после операций.

– Тем, кто хочет серьёзно заниматься теннисом, вы бы посоветовали ехать в Ниццу?
– Зависит от того, кому что надо. Каждый находит для себя что-то своё. Очень многие едут в Барселону, многие в Америку, а я нашла для себя Ниццу, потому что меня там все знают, знают о моих проблемах, знают, над чем надо работать. На самом деле всё очень индивидуально. Зависит от того, кому что надо.

– В Риме вы познакомились с футболистами "Ромы". Как это произошло?
– Да, я помню моё первое знакомство. Я познакомилась с Тотти, но на тот момент я вообще не знала, кто это. Мне дали его майку подписанную, сказали с ним сфотографироваться, после чего я спросила у директора клиники, кто это. В ответ на этот вопрос мне сказали, чтобы я больше никогда такого не говорила, особенно вслух, потому что Тотти - это самый знаменитый итальянский футболист.

– Что было дальше?
– Это был мой первый приезд в Рим. Нас попросили обменяться майками - он мне свою, а я ему – платье. Но то, что я спросила, кто это такой - было очень смешно. Потом уже, когда я осталась там жить на пару месяцев, восстанавливаться при больнице, познакомилась с разными командами, с нашими русскими мальчиками. Открыла для себя итальянский футбол, смотрела его по телевизору постоянно, интересно было.

– Какое впечатление на вас произвёл Франческо?
– В принципе, как и все итальянцы. Они все очень похожи, очень следят за собой. Но я бы не сказала, что мне это очень нравится. Я считаю, что всё-таки девушки должны больше следить за собой, чем парни, а у них всё наоборот.

– С кем-то ещё из крутых спортсменов тесно общаетесь?
– Я общаюсь с ребятами из ЦСКА, из других московских команд. Общаюсь с хоккеистами. Общаюсь со своими знакомыми из других стран. Я не могу кого-то выделить: у всех индивидуально, у каждого зависит от сезона, от результата. Кто-то в этом году показал лучший результат, кто-то в другом.

– Почему вы болеете именно за ЦСКА?
– Во-первых, я сама из ЦСКА, в 18 лет туда попала. С ребятами познакомилась, когда мы вместе реабилитировались в Риме. Потом вместе вернулись в Москву, и я попала на стадион в тот момент, когда они выиграли Кубок России, чемпионат. Также познакомилась с Леонидом Слуцким, который, оказывается, на тот момент уже знал меня. Я очень удивилась, что он знал, что я играю справа и слева двумя руками. Что знает, как выглядит моя мама, как её зовут и какой у неё цвет волос. Была удивлена, когда он сказал, что присутствовал на турнире, который я выиграла в Дубае. Оказывается, на тот момент он меня уже знал.

– С кем общаетесь в теннисном мире?
– Я со всеми девочками хорошо общаюсь, поэтому выделить кого-то одного не могу. Во-первых, я в последнее время очень мало времени провела в Туре. И у меня были свои подруги и друзья здесь в Москве, с которыми я провела много времени. Могу конечно назвать Катю Бычкову, потому что она одна из моих ближайших подруг. С ней я, когда травмируюсь, провожу очень много времени. Мы ходим вместе гулять, в кино. И на турнирах так же, когда мы с ней видимся периодически, то живём вместе, куда-то выходим. Она очень хороший человек.

– Гарбин Мугуруса говорила, что в женском Туре дружбы не существует.
– На самом деле, так и есть. Существуют исключения: мы с Катей играли друг против друга много раз, но я знаю, что как бы мы ни сыграли, мы придём в раздевалку, в номер и вообще забудем про эту игру, потому что у нас отношения не только спортивные на корте, а именно человеческие. А если говорить о других девочках в Туре, то там отношения именно спортивные, порой неприятные бывают, потому что один раз с тобой могут поздороваться, второй – не поздороваться. На одном турнире что-то произойдёт, кто-то не так друг на друга посмотрит или что-то сделает не то, или с тренировки тебя выпишет – и всё, – врагами потом становятся. Очень сильно это чувствуется после перерыва. Когда я нахожусь вне Тура и возвращаюсь на турниры, напряжённая атмосфера очень ощущается. Неприятно, поэтому приходится это терпеть.

– Выходит, что Players Party не самое приятное место для посещения?
– Нет, это просто такое место, куда ты приходишь отметиться и сфотографироваться. Потому что там атмосферы праздника как таковой не присутствует.

– Как происходит ваше общение с Марией Шараповой?
– Так же, как и со всеми. Можем поздороваться, поговорить, вот и всё. Это не тесное общение.

– Ваш тренер по ОФП – ваш молодой человек. Сколько вы уже вместе?
– Два с половиной года.

– Как вышло, что вы стали парой?
– Изначально мы стали встречаться. У меня на тот момент была травма. Просто когда я стала ездить на тренировки спустя полгода нашего знакомства, он пробовал мне помочь, стал приходить на них, а потом увидел, как сложно мне находиться в Москве, тренироваться из-за пробок, из-за расстояний, и предпринял попытку вывести меня на сборы в Черногорию. У него был помощник, который был моим спаррингом. Он нормализовал мне хороший процесс работы, и от этого мне стало значительно проще заниматься, восстанавливаться, у меня было очень много свободного времени. После этого вот такой скачок произошёл.

– Вы не первая, кто спаррингуется с мужчиной. Почему теннисистки выбирают в партнёры именно ребят?
– Они лучше играют, сильнее. Намного проще выходить и играть с девочками после сильных мужских ударов. Они бегают лучше, догоняют больше мячей. Когда я играла после таких тренировок против девочек, ощущала большую разницу.

– Вы входите в неофициальный Топ самых сексуальных спортсменок России. Как вы к этому относитесь?
– Приятно конечно. Стараюсь...не знаю, что я стараюсь. Просто слежу за собой, как нормальная обычная девушка.

– Почему, несмотря на внешность, не участвуете в фотосессиях?
– Во-первых, когда я занимаюсь теннисом, когда у меня нет травм, то у меня банально не хватает на это времени, куда-то ехать, специально уделять этому время. Нет возможности потратить полдня, когда я знаю, что в это время мне нужно восстановиться, покушать, потренироваться несколько раз. Я не могу расставить приоритеты так, чтобы фотосессии были для меня важнее, чем теннис. Я могу этим заниматься, но только тогда, когда у меня есть свободное время.

– И вы занимаетесь?
– У меня было несколько фотосессий, когда у меня был перерыв. Я просто знаю, что очень тяжело становится, если во все это углубиться. Надо подписывать контракт с модельным агентством. Была такая ситуация в Америке в прошлом году: хотели подписать со мной контракт, но тогда мне бы пришлось остаться там, подстраивать под это свой тренировочный график. У меня бы просто была профессия модели: меня могли бы вызвать в любой момент, и я должна была бы ехать. Как это можно совмещать с теннисом? Никак.

– А после завершения карьеры хотели бы попробовать себя в этой роли?
– Хотела бы. Я спокойно могу этим заниматься, потому что мне это нравится.

– От вас в ближайшее время ждать каких-нибудь подвигов, учитывая, что трава для вас не самый удобный вид покрытия?
– На самом деле я очень люблю играть на траве, но только когда здорова. Так как я сейчас возвращаюсь после травмы и мне нельзя часто менять покрытия, я пропускаю травяной сезон. Я пропускаю траву, пропускаю Уимблдон. Буду вместо этого восстанавливаться, набирать физическую форму, игровую, сыграю турнир на грунте. Лучше уж я подготовлюсь и затем сыграю американскую часть сезона.

– Какие цели ставите перед собой в этом году?
– Выходить на корт и при этом знать, что я уверена в своих ногах, что я могу бегать, прыгать, делать всё, что угодно, что меня хватит на три сета. Потому что сейчас, если бы мне пришлось играть три сета в одиночке, я думаю, что не смогла бы. Сыграть третий сет с такой же скоростью, как первые два, у меня бы не получилось. Буду восстанавливаться, чтобы быть здоровой, чтобы могла играть, выигрывать турниры и чтобы могла проводить по пять матчей подряд и ещё выступать в паре.


Система Orphus

Комментарии
Stavlu_na... 05.09.2016 в 00:28 | #157099 | Комментарии 1297

А мыши плакали, кололись, но продолжали жрать кактус