07 декабря, среда Время на сервере 21:26
Теннис: Все новости

78-я ракетка мира Теймураз Габашвили: Подозревают не меня...

26 января 2011, 16:39 | Автор: Мысин Н. | Источник: Советский спорт
78-я ракетка мира Теймураз Габашвили: Подозревают не меня...


На Открытом чемпионате Австралии Теймураз Габашвили задержался ненадолго. Проиграв в первом круге одиночного и парного разрядов, россиянин отправился во Флориду готовиться к американской серии турниров. Там его и застал звонок корреспондента «Советского спорта». Правда, поводом для разговора стало не выступление Габашвили в Мельбурне, а его поединок трехмесячной давности с Филиппо Воландри в Санкт-Петербурге, в котором россиянин одержал победу. Этот матч, как выяснилось, попал под подозрение Антикоррупционного комитета АТР.

«НОМЕРА СЧЕТОВ И ТЕЛЕФОНОВ У МЕНЯ НЕ ТРЕБОВАЛИ»


– Тимур, что за ситуация вокруг вашего матча с Воландри?

– Честно говоря, подробностей не знаю. Со мной действительно связались из Антикоррупционного комитета… Как я понял, на наш матч с Воландри было большое количество ставок, что и вызвало подозрение букмекеров и АТР. Мне сразу сказали, что меня ни в чем не подозревают, и просто попросили помочь разобраться в ситуации. Задали несколько вопросов насчет матча и только. Я, конечно, согласился рассказать все, что знаю, только знаю я немного.

– В уведомлении, которое получил Воландри, содержалось требование предоставить все телефонные номера, которыми пользовался итальянец с января 2010 года, данные о его банковских счетах… У вас что-то подобное просили?

– Пока нет. Хотя, может, затребуют позднее.

– Какие вопросы задавали о матче?

– Самые обычные. Такие журналисты задают на пресс-конференциях. Как складывался поединок, за счет чего я победил… Еще спросили, хорошо ли я знаю Воландри, есть ли у меня номера его телефонов. Я сказал, что мы, конечно, знакомы, но вне кортов не общаемся и его контактов у меня нет…

– Хорошо помните ту встречу?

– Да. В стартовом сете матч проходил под диктовку Филиппо, с обилием длинных розыгрышей, и я часто ошибался. Потом понял, что надо действовать гораздо агрессивнее, стал часто атаковать… И как-то сразу завладел солидным преимуществом.

– Спортсмены обычно чувствуют, если соперник действует не в полную силу. Заметили что-нибудь подобное со стороны Воландри?

– Знаете, я сильно волновался перед матчем. До этого трижды Филиппо уступил, а тут предстояло играть в зале, да еще при родных трибунах… Понимал, что должен обязательно выиграть, и целиком сосредоточился на своих действиях. Так что, если Воландри и поддавался, я этого просто не заметил.

– Итальянец производит впечатление человека, который способен сознательно «сливать» матчи?

– Сложно сказать… Филиппо играет много челленджеров (турниры с призовым фондом до 125 000 долларов. – Прим. ред.). Он опытный игрок, сильный, был в ТОП-50 мирового рейтинга. И на таких турнирах часто доходит до финалов. А бывает, что и проигрывает в первых кругах малоизвестным соперникам. Причем нередко. Конечно, это вызывает удивление. Может, сказывается возраст (Филиппо в этом году стукнет 30 лет. – Прим. ред.). А может, он и правда участвует в каких-то махинациях. Я не могу ничего утверждать определенно.

«ДАВЫДЕНКО СОБИРАЛСЯ СУДИТЬСЯ С АТП»


– Ранее российские теннисисты уже попадали в подобные скандалы…

– Да, самая громкая история была с Кафельниковым, когда он, будучи первой ракеткой мира, кому-то неожиданно проиграл в Эшториле… Я помню шумиху, которая поднялась тогда в прессе. Но лучше знаком с ситуацией вокруг Давыденко, потому что сам выступал в это время и мы порой общались. Коле тяжело пришлось. Он даже собирался судиться с АТР, требовать возмещения морального ущерба. Могу его понять – с него год не «слезали» следователи. Журналисты на каждом турнире задавали одни и те же вопросы. Ну что тут сказать?

– У вас-то самого не вызвало удивления то, как он проиграл матч Мартину Вассало-Аргелло в Сопоте, снявшись в третьем сете?

– Это же спорт! У меня был случай в прошлом году – я проиграл на турнире в Касабланке Реде Эль-Амрани в трех сетах. Марокканец на тот момент стоял аж в третьей сотне рейтинга. Я вел в третьей партии 4/1, 5/2, но уступил… Что тут началось! Посыпались гневные сообщения на «Фэйсбук», на электронную почту с обвинениями в том, что я «слил» матч. Попался такой особо расстроенный болельщик, который, наверное, сам поставил на мою победу. А много ли он знал о моем состоянии? Может, у меня травма была, может, другие проблемы? Так же и с Давыденко. Если бы Федерер проиграл Фалье в первом круге Уимблдона – а швейцарец висел на волоске! (уступал 0:2 по сетам и 4/5 в третьей партии. – Прим. ред.) – его бы тоже обвинили в нечестной борьбе? Глупо же!

«РАНЬШЕ Я ВООБЩЕ НЕ ЗНАЛ ПРО СТАВКИ»


– Вам когда-нибудь предлагали сдать матч?

– Один человек предлагал в «Вконтакте», но я ему сразу высказал все, что думаю по этому поводу, и удалил из списка друзей. Потом рассказал об этом АТР.

– Расследование поединка с Воландри сильно отвлекает от тренировок и выступлений?

– Да нет. Люди делают свою работу, они за это деньги получают. Если бы меня 24 часа в сутки «грузили» вопросами, требовали объяснений, то, конечно, я бы задергался. А так раз в день ответить на телефонный звонок или «е-мэйл» не сложно. Тем более мне никто не предъявляет обвинений, не грозит штрафом или дисквалификацией.

– Однажды вы вышли на центральный корт Уимблдона против Роджера Федерера. Шансов на победу – почти ноль. Не возникало в тот момент соблазна поставить против себя и заработать дополнительных денег?

– Пока не было истории с Давыденко, я вообще не знал, что можно что-то подобное проворачивать! Какие-то ставки, умышленные проигрыши… Даже не задумывался, что кто-то может зарабатывать так деньги. А матч с Федерером состоялся раньше, – смеется Габашвили. – Что же касается соблазна… На последнем US Open я проиграл Надалю (7/6, 7/6, 6/3). Мы сыграли два тай-брейка, а ведь это – лотерея. Могло и мне дважды повезти, и теоретически я мог взять верх над первой ракеткой мира! А теперь представьте, что я заранее поставил на свое поражение. И что мне делать? Проиграть и разжиться деньгами или победить? Выбери я первый вариант, какой я спортсмен после этого? Разве ради этого я вкалывал на корте с пяти лет?

И потом, мне уже 25. Я планирую играть еще минимум лет 7—8. Теннис – моя страсть. А любой нечестный шаг – пусть даже один – может положить конец карьере. Не думаю, что стоит идти на такой риск.

Система Orphus

Комментарии