05 декабря, понедельник Время на сервере 15:35
Теннис: Все новости

С Верой по парку. Выиграв матч второго круга, Вера Звонарева поработала экскурсоводом в лабиринтах «Мельбурн парка»

22 января 2010, 06:53 | Автор: Н. Мысин | Источник: Советский спорт
С Верой по парку. Выиграв матч второго круга, Вера Звонарева поработала экскурсоводом в лабиринтах «Мельбурн парка»


Вчера на Открытом чемпионате Австралии сыграли четверо россиян. Алла Кудрявцева во втором круге взяла всего два гейма у полячки Агнешки Радвански, а Николай Давыденко, Михаил Южный и Вера Звонарева уверенно вышли в третий раунд. 

К четвергу в Мельбурне окончательно установилась жара. Но сам четвертый день «Австралиан Оупен» выдался не слишком напряженным. После триллеров, которые устроили на старте чемпионата Мария Шарапова с Марией Кириленко, Михаил Южный и Елена Дементьева, российские болельщики смогли перевести дыхание – три матча из четырех, которые вчера в «Мельбурн Парке» провели россияне, закончились легкими победами. Лишь Алла Кудрявцева не сумела ничего противопоставить Агнешке Радванске. Зато Михаил Южный, Николай Давыденко и Вера Звонарева без проблем пробились в 1/16 финала.

Зато у вашего корреспондента появилось время, чтобы узнать, чем занимаются и как живут игроки в перерывах между матчами. Моим проводником в закулисный мир большого тенниса стала девятая ракетка мира Вера Звонарева, потратившая всего 78 минут на победу над чешкой Иветой Бенесовой. После матча Вера устроила вашему корреспонденту экскурсию по «Мельбурн Парку».

«БЫСТРЕЕ ВЫИГРЫВАЕШЬ – ДОЛЬШЕ СПИШЬ»
– В общем-то игра не была такой уж легкой, – улыбается Вера, отдавшая своей очередной сопернице всего три гейма. – Особенно во второй партии. В длинных розыгрышах мне приходилось продавливать соперницу своими атаками, так как ждать ошибок от нее не стоило – Ивета цепко играла каждый мяч.

Мы встретились с Верой в пресс-центре турнира, но провели в нем не больше пяти минут, которые ушли на общение нашей теннисистки с иностранными журналистами. И теперь неспешным шагом двигались по лабиринтам коридоров нижнего яруса арены Рода Лейвера, куда вход простым болельщикам закрыт. Именно здесь проходит большая часть жизни игроков во время «Австралиан Оупен», стоит им добраться до «Мельбурн Парка» из отеля. И пока Вера ведет меня к стартовой точке нашей экскурсии, я успеваю расспросить ее о предстоящем матче с Гизелой Дулко.

— Вот уж с кем точно придется непросто, так это с аргентинкой, – говорит Вера. – Дулко играет агрессивно, постоянно атакует. Будешь накидывать ей мячик на хавкорт – точно проиграешь. Гоняться за ее выстрелами с задней линии долго не удастся. Так что мне самой придется вести игру, не давать ей бить форхэнд, самой прессинговать с начала розыгрышей.

— Вы за два первых круга проиграли соперницам всего пять геймов. Силы экономите?

— Просто так получается, – смеется Вера. – Выходя на матч, я не думаю: «Вот, надо побыстрее выиграть, чтобы потом подольше поспать». Хотя, конечно, здорово, что пока я провела на корте не много времени.

— Как ваша нога? Все еще болит правая лодыжка?

— Я каждый день прохожу физиотерапию, и боль постепенно отступает. Хотя стоит пропустить один сеанс – и, – Вера делает характерный жест рукой. – Но вообще месяца через два-три, надеюсь, все окончательно пройдет. В ноябре, после Итогового чемпионата ВТА в Дохе, я сделала операцию в Голландии. Потом несколько недель восстанавливалась, так что в межсезонье в теннис почти не играла. Набирать форму начала ближе к Новому году. И с каждым днем чувствую, что мне становится все легче. Полная подвижность стопы, наверное, теперь никогда не восстановится, но по крайней мере боль уходит, и я могу играть на своем уровне.

— Тогда, в Дохе, вы провели один-единственный матч. Зато какой – три сета с болью, кровью и слезами против Каролин Возняцки! Жаль, все-таки уступили. Может, не стоило тогда выходить на корт? Глядишь, сейчас бы было легче.

— Признаться, я ту игру почти не помню, но вы мне лучше и не напоминайте, – улыбается Вера. – А играть стоило. Потому что именно в матче с Каролин я поняла, что придется делать операцию. Что без нее я не смогу проводить такие матчи с игроками топ-уровня. Так что мы с тренером подумали-подумали – и полетели в Голландию…

«ВСЕ НАЧИНАЕТСЯ У «ТУРНИРНОГО КОНТРОЛЯ»
— Ну вот, пожалуй, здесь все и начинается, – Вера рукой обводит небольшое помещение.

Мы недалеко ушли от пресс-центра, но, признаться, я уже успел заблудиться – в хитросплетениях белых коридоров «Род Лейвер Арены» потеряться несложно. Мы стоим с Верой у стойки, напоминающей ресепшн в отелях, – за компьютерами вовсю суетятся, стучат по клавишам и постоянно разговаривают по телефонам сотрудники турнира в фирменных голубых футболках.

— Видите вывеску «Турнирный контроль»? Здесь нас собирают, прежде чем повести на корт. Обычно это выглядит так: ты сидишь в раздевалке, в это время по динамику объявляют: «Звонарева и Бенесова, подойдите на контроль». Берешь сумки с ракетками и формой и идешь. Тут стоят дядьки с табличками, на которых указан номер корта. Находишь свой (сегодня был 18-й), подходишь, и человек проводит тебя с соперницей на арену. А еще тут мы записываемся на тренировку. Кстати, надо как раз это сделать.

Вера на минутку отвлекается, начиная что-то живо обсуждать с операционистами, а я пытаюсь сделать пару кадров, чем тут же вызываю гнев женщины-охранника, популярно объяснившей мне, что здесь снимать нельзя. Что ж, придется до поры до времени спрятать камеру.

— Так, значит, четвертый тренировочный? Спасибо!

Какой знакомый голос…. Ух ты, Жюстин Энин! Пока я разговаривал с секьюрити, экс-первая ракетка мира подошла к стойке, чтобы решить какие-то вопросы. Без вечной кепки, в свободной серой футболке и белых брюках ее не сразу и узнаешь! Бельгийка, что-то обсудив с сотрудником турнира, забирает со стойки бумажный пакет с сэндвичем и поворачивается ко мне. Улыбается. Но стоит мне открыть рот, чтобы задать вопрос, как ниоткуда появляются четыре здоровых мужика из ее команды, от одного их взгляда сразу пропадает желание пообщаться с обидчицей Елены Дементьевой. Энин с эскортом проходит мимо.

– Ну вот, записалась, – возвращается ко мне Вера. – На завтра на 11 утра. Обычно этим мой тренер занимается. Мы с ним только эсэмэсками переписываемся – чего, как и когда…

«НА ЕДУ НАМ ВЫДЕЛЯЮТ 40 ДОЛЛАРОВ»
— Сегодня мой день начался в 8.15, – продолжает Звонарева. – Проснулась, встретилась с командой, сходила в ресторан покушать. Потом поехали сюда, в «Мельбурн Парк». Здесь в раздевалке минут 20 темповалась – накладывала бинт на ногу. Потом растяжка, разминка, беседа с тренером о предстоящем матче... А здесь мы, кстати, кушаем, – Вера показывает на дверь прямо напротив стойки турнирного контроля. – После игры тренер мне быстренько что-нибудь нужное подбирает, исходя из моей диеты. Сегодня, например, рыбу принес.

— Кормят бесплатно?

— Видите мою аккредитацию? Вот штрих-код, по нему считывают стоимость продуктов. Нам 40 долларов в день выделяют на еду – если не уложился, платишь из своего кармана. Хотя в принципе этой суммы хватает.

— А как насчет отеля? Его тоже организаторы оплачивают?

— Да, но поначалу платишь сам. Здесь, на «Австралиан Оупен», нам возвращают 200 долларов за каждый день, проведенный на турнире. То есть сыграл ты, допустим, пять дней – потом к призовым добавляют тысячу баксов. Можно найти гостиницу подешевле – тогда разницу положишь себе в карман. Подороже – ну что ж, никто не заставлял тебя шиковать, – смеется Вера. – Плюс, конечно, надо оплатить проживание своей команде.

Мы продолжаем бродить по коридорам.

— Что удобно – здесь все расположено компактно, – отмечает Звонарева. – Вот тренажерный зал, – показывает она на дверь в небольшое помещение с парой матов на резиновом полу и пятеркой велотренажеров. Тут в любой момент можно позаниматься. Видите телевизор? Очень удобно – крутишь педали и следишь за результатами матчей. Сразу можешь сообразить, сколько времени у тебя до игры.

— Как-то тесновато здесь… Толчеи не бывает?

— Нет. У всех свое расписание… Не то чтобы мы заранее договариваемся, кому когда в зал приходить. Просто так получается. На моей памяти еще не было случая, чтобы я пришла позаниматься и не было свободных тренажеров. А вот, кстати, гараж, – пройдя десять метров, мы оказываемся в полуподвальном помещении, где стройными рядами припарковано с десяток авто. – Здесь побегать можно. Вообще-то это запрещают, но никогда никого не наказывают, – смеется Вера.

«ЧЕМОДАН С МИЛЛИОНОМ НИКТО НЕ ДАСТ»
Сделав небольшой круг, мы направляемся обратно – к зоне турнирного контроля.

— Привет, Макс! Как ты? – здоровается Звонарева с Мирным, повстречавшимся нам по пути.

— Проиграл, – пожимает плечами белорус. – А ты выиграла? С победой!

— Рука не болит?

— Что интересно – нет!

— Мирный шесть недель в гипсе отходил, – поясняет Вера. – Сломал руку осенью. Мы с ним в США вместе тренировались. Надеюсь, скоро поправится… А тут у нас раздевалки – мужская и женская.

— Всего две? Как в бассейне?

— Ну да. Раздевалки общие. А как иначе – на пару сотен игроков отдельных комнат не напасешься! – смеется Вера. – Приходится шкафчиками обходиться. Еще здесь врачи бывают – ну, если перевязаться надо или мазью что-нибудь помазать. Чуть дальше есть отдельная медицинская комната – если какие-то специальные таблетки нужны. Но туда лучше не попадать, – улыбается Звонарева.

— А вот и «главная» комната, с вывеской – «призовые»…

— Да, здесь мы получаем деньги, – делая шутливо-серьезное выражение лица, говорит девятая ракетка мира. – Вообще призовые платят разными способами. Счета всех игроков есть в единой базе АТП и ВТА. Как только ты проиграл, с положенной суммы списывают местные налоги и в течение двух недель переводят деньги. Можно часть наличными получить. Это если совсем на мели остался, – смеется россиянка. – В принципе могут и чек выписать, но в местном банке много не обналичишь. Если в первом-втором круге вылетел – еще ладно, а если титул взял – то точно нет. Миллион долларов ведь в чемодане не дадут, – улыбается Вера, пока мы подходим обратно к ресторану. – Ну вот, вроде все показала. Мне еще покушать надо, потом встречусь с тренером и поеду домой. До встречи!

Система Orphus

Комментарии