09 декабря, пятница Время на сервере 10:46
Теннис: Все новости

Марат Сафин: Гуд бай, Америка!

04 сентября 2009, 05:04 | Автор: Зильберт А. | Источник: Советский спорт
Марат Сафин: Гуд бай, Америка!
Третий день турнира ознаменовался для нас победой Веры Звонаревой над Анной Чакветадзе, выигрышем Марии Кириленко у полячки Агнешки Радванской, выходом в третий круг Елены Весниной (об этом читайте по соседству в ее собственном дневнике) и поражением Евгения Королева от немца Андреаса Бека. Но все это затмил Марат Сафин, умудрившийся сыграть последний в карьере матч «Большого шлема» уже в первом круге (его выбил австриец Юрген Мельцер – 6:1, 4:6, 3:6, 4:6).

В ПОИСКАХ НОВОГО СЦЕНАРИЯ

Я долго думал над тем, каким он будет – его последний в жизни матч на «Ю. Эс. Оупен», а значит, и на турнирах «Большого шлема» вообще. Казалось: не в натуре Марата Сафина повторяться. И поэтому про сценарии прощания, использованные в Мельбурне, Париже и Лондоне, можно забыть.

В Австралии это был центральный корт и матч с соперником, которому не зазорно проиграть в любом круге, тем более третьем, – Федерером.

В Париже тоже фигурировала главная площадка турнира. Но шел второй круг, да и соперник – без лоска: темнокожий француз Жосслен Уанна. Поэтому пришлось брать зрителя сюжетом: традиционный сафинский триллер-пятисетовик, растянувшийся на 4 часа 34 минуты, был приправлен романтическим поцелуем сетки и душевной ночной пресс-конференцией, когда журналисты стоя провожали Марата аплодисментами. И не было среди них ни одного фальшивого хлопка.

Старушка Британия поразила короткометражностью и отсутствием широты замысла: зачуханный 18-й корт, безвестный противник из квалификации в первом круге...

Какую сценку разыграет нам Марат на этот раз? Чисто математически можно было предположить, что он снимется. И это было бы по крайней мере свежо. Но он вышел играть. Да как! Будто говорил злопыхателям: «Не дождетесь!». Все при нем — и эйсы, и косые кроссы с умопомрачительным загибом. Соперника, с которым у него отрицательный баланс встреч, Сафин «прибил» 6:1. И еще судью успел на место поставить – узнаем неподражаемую манеру!

Дело в том, что при счете 4:1 Марат машинально поднял руку вверх, чтобы проверить мяч, пущенный им под заднюю линию. Однако арбитр и аут не засчитал, и челендж не дал. Таким образом, очко должны были записать на Марата, но тут вмешался ябеда Мельцер. Россиянина настолько возмутило, что «вышка» повелась на поводу у австрийца и включила-таки «ястребиный глаз», что он долго и темпераментно просил судью больше никогда в жизни так не поступать.

Эта перепалка, прежде способная выбить Марата из колеи, теперь подстегнула его к скорейшему завершению сета. Почудилось: не в этот день проводим главного героя «Ю. Эс. Оупен» девятилетней давности – и слава богу!

Но к концу второй партии Марат начинает сдуваться, как воздушный шарик. В мужском сете, где каждый брал свою подачу, Сафин под конец теряет концентрацию – 4:6. В третьем он уступает свою подачу еще раньше и неоднократно – 3:6.

В четвертом Марат вновь отпускает Мельцера вперед. 3:5 – и россиянин на краю пропасти. Но тут свой гейм он выигрывает «под ноль». Неужели собрался? Те нелепые свечки, которые Сафин бросает австрийцу на хавкорт, говорят об обратном – 30:0. Правда, Марат находит в себе силы отыграть два скрытых матчбола. Бессилен он лишь против эйса – 30:40.

Зрители галдят так, что не дают австрийцу подать. Ну не хочет население второго по значимости корта – имени Луиса Армстронга – расставаться со своим кумиром!

Но, похоже, где-то там наверху уже запущен обратный отсчет. Три – первой подачей Юрген терзает сетку. Два – мяч в квадрате. Один – Сафин с приема мощно попадает... в сетку. Пуск – Марат благодарит соперника и судью, ловко забрасывает себе на плечо сумку с ракетками. Дав всего лишь один автограф, двукратный победитель турниров «Большого шлема» покидает корты Национального теннисного центра. Навсегда.

Кто бы мог предположить, что все будет настолько буднично?

«СЫГРАЮ ЕЩЕ ПЯТЬ ТУРНИРОВ»

– Марат, если бы вам предоставили право выбора, каким образом вы бы предпочли попрощаться с «Большим шлемом», Нью-Йорком? – задаю вопрос после матча.
– Гипотетически все хотели бы закончить первыми в мире и на этом сказать «спасибо большое, до свидания», – Сафин явно настроен на искреннюю беседу. – Но, к сожалению, такое не всегда возможно.

– Что вы сейчас чувствуете? Что говорите себе? «Слава богу, что все это наконец закончилось», «Гуд бай, Америка»?
– Гуд бай. Рано или поздно все это должно было закончиться, правда? Могло бы, конечно, закончиться и получше, но я ни в чем себя не виню. Я отыграл, я сделал все возможное. Мои лучшие годы в далеком прошлом. Я доигрываю. Пытаюсь получить удовольствие в эти последние пять недель, что остались от сезона.

– Какие на них планы?
– Сейчас полечу в Москву, домой. Потом у нас Азия: Бангкок, Китай. Затем турниры в Москве, Питере и Париже.

– Уже видели плакат, рекламирующий соревнования в Санкт-Петербурге как последнее выступление Сафина в России?
– А что там?

– Там ваш торс забавно вырастает из земного шара.
– Обалдеть! – в устах Марата это слово звучит иронично и пренебрежительно одновременно.

«НЕ ПОНИМАЮ, О ЧЕМ ГОВОРИТ ЭТОТ ДЖОКОВИЧ»

– Разберем напоследок историческое поражение? Первый сет-то выиграли легко...
– А потом не сложилось как-то. Потерял я немножко нить игры. Ему же где-то повезло, где-то я неудачно сыграл. К сожалению, уже тяжело мне цепляться, переламывать, когда что-то идет не так. Концентрация теряется, начинаю играть не по счету. Моя голова уже больше думает о будущем после тенниса, нежели о настоящем.

– И что надумали?
– Думаю, что с меня хватит. Достаточно. Я достиг чего хотел в теннисе и теперь хочу заняться чем-нибудь еще. Посмотрим, чем именно. Но я определенно желаю отойти немного от теннисной сцены и попробовать нечто абсолютно из другой оперы. И у меня еще полно времени подумать о том, что это будет.

– Новак Джокович тут заявил, что на январь вы наметили восхождение на гору в Аргентине. Правда?
– Он теперь работает в службе горячих новостей, что ли? Полагаю, ему неплохо бы сосредоточиться на своем теннисе, вместо того чтобы распространяться о моей частной жизни.

– То есть никаких оснований под этой историей нет?
– Слушайте, да это все пустые разговоры, которые какой-то там мальчик якобы рассказывает всем. Никакой основы! У меня ничего не запланировано пока, ничего не спрогнозировано даже. Мало ли какие разговоры в раздевалке ведутся? Если я сейчас расскажу, о чем там болтают, у вас уши завянут.

– Пусть вянут, рассказывайте!
– Поверьте, это вам будет неинтересно.

– Тогда еще цитата из Джоковича: «Марат дал мне в свое время ценные советы о том, как надо бороться со стрессовыми ситуациями в матчах».
– Не знаю, о чем он говорит. Вообще без понятия!

«ХОЧУ, ЧТОБ МОИ ДЕТИ ЖИЛИ БЕЗ НАПРЯГОВ»

– Имей вы возможность вернуться к началу карьеры, что бы изменили? Ну, кроме того, что предпочли бы обходиться без травм.
– Ничего. Абсолютно.

– По чему, покинув теннис, будете скучать больше всего?
– Хороший вопрос. Полагаю, мне надо для начала хорошенько отойти от тенниса, чтобы понять, по чему именно я скучаю. Через годик я, пожалуй, смогу вам ответить.

– Как-то вы сказали, что, если б не теннис, закончили бы собиранием бутылок в московском парке...
– Как вариант.

– Выходит, теннис, который вам так надоел, не такая уж плохая штука?
– Безусловно! Он дает тебе свободу. Я прошел этот путь. У меня не было богатого папеньки за спиной, который платил бы за все. И я реально горжусь собой, что выпутался из этой ситуации. Я сделал это! И теперь уже я поддерживаю мою семью, помогаю сестре. И всем, чего я достиг, я обязан спорту.

– Если бы тот маленький мальчик увидел теперешнего Марата, что бы он сказал?
– «Не может быть!» – вот что. И вообразить не мог, что я когда-нибудь окажусь где-то близко к сотне лучших игроков мира, будь у меня в запасе даже тысяча лет. В моем сознании это была невыполнимая миссия.

– Хотите, чтоб ваши дети занимались теннисом?
– Да пусть занимаются тем, чем им хочется. Не будет никаких приоритетов. Теннис, хоккей, футбол – пожалуйста! Лишь бы только они были счастливы в любимом деле. Минимум напрягов должно быть у детей. Полная свобода действий!

«МОГ ЗАКОНЧИТЬ ЕЩЕ В 2008-м»

– Может, все же задержитесь в Нью-Йорке, чтобы посмотреть за играми сестры?
– Я очень люблю сестру, но уверен, что она прекрасно справится тут и без меня.

– Читал ваше интервью после одного из американских турниров. В ответ на предложение поработать после окончания карьеры тренером Динары вы сказали нечто вроде: «Хотите, чтобы я повесился, что ли?». Что вы имели в виду?
– Опять кто-то написал какой-то бред...

– Тогда внесите ясность!
– У Динары есть тренер, команда, которая на нее работает. Она стоит первой в мире – значит, у них все хорошо получается. Зачем что-то менять? Довольно тупой вопрос – почему бы мне не потренировать собственную сестру! Оттого и ответы такие тупенькие.

– То есть тренером в будущем себя не видите?
– Нет. Быть хорошим игроком – не значит быть хорошим тренером. Это совершенно другое ремесло.

– В теннисных кругах бытует мнение, что вы еще в прошлом году приняли решение о завершении карьеры. Но рекламные контракты, рассчитанные до конца этого сезона, сковали вас по рукам и ногам, и вы против собственной воли вынуждены играть еще год. Все так и было?
– В ноябре прошлого года я действительно твердо решил: ухожу. Но потом мой менеджер позвонил мне и сделал великолепное предложение на следующий сезон. И я согласился отыграть еще сезон. Теперь действительно последний. То, что я снова могу вернуться, – из разряда фантазий.

РЕПЛИКА СПЕЦИАЛИСТА
НИК БОЛЛЕТЬЕРИ: МАРАТ, Я ОШИБСЯ!

Покидая корт имени Луиса Армстронга после поражения Сафина, я неожиданно столкнулся с Ником Боллетьери – тренером, владельцем знаменитой теннисной академии во Флориде, воспитавшей многих звезд, включая Курникову и Шарапову.

– Какие чувства вы испытываете в связи с уходом Марата из тенниса? – спросил я.
– Я лишний раз вспоминаю об эпизоде, который произошел со мной 16 лет назад. Тогда Марата привезли ко мне в академию. Я посмотрел, как он бьет справа, – ничего особенного. Слева – та же картина. Ну и отправил мальчика восвояси. Вскоре мне позвонили из испанской школы, куда он в итоге попал, и сказали: «Старик, ты ошибся!». Я давно хотел это во всеуслышание заявить, и наконец, думаю, время пришло: «Я ошибся! Марат, ты слышишь, я очень крупно ошибся тогда!».

– Как думаете, чем Сафин займется после тенниса?
– Он любит получать от жизни удовольствие. Любит, чтобы ему было весело. Может, в покер пойдет играть?

Система Orphus

Комментарии