10 декабря, суббота Время на сервере 00:15
Теннис: Все новости

Шамиль Тарпищев: Наш теннис надо спасать!

14 марта 2009, 06:40 | Автор: Зильберт А. | Источник: Советский спорт
Шамиль Тарпищев: Наш теннис надо спасать!
Мы привыкли говорить о российском теннисе в восторженном ключе. А как иначе, если сегодня обе наши сборные – мужская и женская – лидеры мирового рейтинга? В то же время капитан этих сборных Шамиль Тарпищев бьет тревогу. Впрочем, он не только прогнозирует спад наших результатов в скором будущем, но и предлагает выход из ситуации. «Советский спорт» – первое издание, с которым президент Федерации тенниса России (ФТР) поделился рецептом спасения тенниса в стране.

ДЕШЕВЫЕ ДЕВУШКИ

– Шамиль Анвярович! Доходят разговоры, будто вы концептуальный труд сейчас сочиняете. Что-то наподобие «Программы развития тенниса в России».
– Так и есть. Пришла пора наш теннис спасать.

– Спасать вид спорта, в котором среди десяти лучших женщин пятеро россиянок?
– Именно. Достигнутые нами результаты высоки. Мы достигли максимума при минимуме возможностей. Но теперь наши результаты начинают нас съедать. На сегодняшний день теннис реально стал народной игрой. Популярность игры настолько возросла, что даже при улучшившейся за последние годы материально-технической базе мы имеем ситуацию хуже, чем в советские времена, когда наша игра была элитной. Все хотят научиться, все базы забиты. Аренда кортов в прайм-тайм в Москве стоит 70 долларов, а в Швейцарии – 40!

– Выражаясь языком экономики, спрос многократно превышает предложение?
– Да. Если в 1990 году на весь Советский Союз было всего 94 крытых корта, то в 2008-м мы только соревнования провели на 378. А сколько их всего в стране – одному богу известно. Но динамика роста числа занимающихся за это время была еще большей. При этом количество тренерских кадров… уменьшилось. Ведь кафедру тенниса мы восстановили в Российском государственном университете физкультуры лишь несколько лет назад. До этого наше научное направление прозябало в системе факультета спортивных игр. Да и две нынешние кафедры – в Москве и Питере – капля в море в нынешней ситуации.

А ведь российские наставники с их неповторимыми научно-методическими разработками как раз и позволили выжать из наших ресурсов нынешний максимум. Но если лет десять назад тренеры были счастливы работать за полторы тысячи долларов, то сейчас, просто-напросто подкидывая мячик бизнесменам, можно получать десять тысяч. У каждого есть семья – ясное дело, что тренеры выбирают непыльную и лучше оплачиваемую работу с богатыми частниками, а не кропотливый и малоприбыльный труд с талантливыми людьми.

При таком раскладе мы потеряем все наши непосильным трудом нажитые завоевания. Ведь конкуренция в теннисе сумасшедшая – 205 стран мира культивируют игру. Топтаться на месте нам не дадут. На нас и так многие давно смотрят волком: искренне не понимая, на чем зиждутся наши успехи, только и ждут, когда мы дадим слабину. Впрочем, в мужском разряде мы ее уже допустили.

– Действительно, ожидать, что в ближайшее время кто-то, кроме Николая Давыденко, будет стабильно держаться в ТОП-10, не приходится. Почему, кстати?
– Причина та же – в финансах. Девушек дешевле тренировать. Они в возрасте 16–18 лет играют на частоте до 23 ударов в минуту. Парни – 25–26. Значит, любой парень для девушки – хороший спарринг. А для мальчика надо еще двоих держать. К тому же у дам на попадание в полсотни лучших уходит три-четыре года, а у мужчин – до семи лет. Все потому, что у девушек текучесть кадров больше. Если кто-то не стал показывать стабильно высоких результатов к 23–24 годам и не претендует на попадание в элитные 50, то они уходят из спорта создавать свою жизнь, семью. У ребят такой проблемы нет, ведь, как правило, в среднем они играют до 32 лет, а потому конкуренция у них куда выше.

– Что же нам теперь делать?
– Глобально есть два варианта. Либо, если все останется, как есть, придется забыть о здоровых амбициях, возвращаться к точечному стилю работы 70-х годов: уходим в селекцию и воспитываем двоих-троих теннисистов – самых лучших. Либо находим деньги и работаем так, как положено.

Сейчас ребенок из малообеспеченной семьи не имеет никакой возможности заниматься теннисом, будь он хоть суперталантлив. В Москве благодаря Юрию Михайловичу Лужкову мы уже начали решать эту проблему. В столице проектируется ряд крытых кортов, не отягощенных коммерцией. На базе школы «Олимпиец» на Юго-Западе, на 11-й Парковой улице, на Рабочей. Все эти центры – на балансе спорткомитета Москвы, но в нашем спортивном управлении.

В этом случае мы создаем бесплатное тренировочное обучение для талантливых детей. Те, чьи шансы заиграть 50 на 50, заплатят в этой же пропорции, ну а все остальные станут заниматься за деньги. Но это не системное решение проблемы – скорее даже вынужденная мера!

ПОРУЧЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА

– Я, конечно, понимаю, что вам и столичному градоначальнику теннис небезразличен. Но все-таки у вас с ним на этот момент все очень даже хорошо. А вот в лыжах в преддверии Олимпиады-2010 полный провал. Может, государству стоит все-таки лыжам в первую очередь помогать, а?
– Вы сами говорите о наших хороших результатах. Значит, мы доказали, что умеем грамотно использовать предоставленные ресурсы, нам можно в этом смысле доверять.

К тому же значение тенниса в смысле международного имиджа страны трудно переоценить. Тот же Лужков как-то мне сказал: «Шамиль, мы только что вернулись из Японии, где подписали все соглашения. Спасибо тебе за это!» «Мне-то за что?» – спрашиваю. «Понимаешь, когда я отметил, что переговоры прошли на редкость удачно, то в ответ услышал: «Еще бы, у вас же есть Шарапова!»

Не случайно и почетный президент Международного олимпийского комитета Хуан Антонио Самаранч, когда Кафельников выиграл в Сиднее, обнял меня, расцеловал и сказал: «Ты не представляешь, что ты сделал для России! Победа в теннисе по своему резонансу стоит четырех-пяти медалей в других видах спорта!»

– Не убедили.
– Тогда вот вам голые факты. В течение года у нас было 443 победителя международных турниров. Это значит, что столько же раз за границей поднимался российский флаг и звучал наш гимн. Фактически еженедельно! Так убедительней? Кстати, у Президента России Дмитрия Медведева, с которым мы встречались в Кремле прошлой осенью вместе с теннисными триумфаторами Олимпиады, вопросов на тему важности тенниса в смысле престижа страны не возникло. Многое из того, о чем я сейчас вам рассказываю, было доведено до сведения нашего Президента и получило поддержку. Так что теннисную программу мы делаем с одобрения первого лица государства.

ЦЕНА ЛИДЕРСТВА – 45 МИЛЛИОНОВ В ГОД

– В чем суть программы?
– Идейная канва такова. Методически по подготовке юных спортсменов мы до сих пор впереди планеты всей года на два-три. Обследуем на высочайшем уровне и оптимизируем тренировочный процесс. Но оптимально организовать работу при нынешних условиях возможно лишь для спортсменов до 14 лет. Для такого возраста у нас имеется и система Российского теннисного тура. В его рамках в прошлом году прошло 1262 турнира, в которых приняло участие более восьми тысяч юных спортсменов.

Но дальше у тех из них, кто подходит к 15-летнему рубежу, встает проблема: надо участвовать в международных турнирах, дабы набирать рейтинг. В России его набирать негде. Те, кто находит средства, уезжают за рубеж, а остальные продолжают играть для себя, фактически заканчивая со спортом высших достижений. Причем нет гарантии, что у тех, кто уехал, все будет отлично. В таком нежном возрасте зарубежные академии портят наших спортсменов на «раз-два-три».

С другой стороны, если оставить этот возраст для тренировочного процесса в России сейчас, то следующего поколения не будет. Они забьют все тренировочное время, отобрав его у остальных.

– Надо найти способ удержать в стране тех, кто старше 14?
– В таком возрасте их нестрашно уже будет отпускать и с физической, и с технической, и с психологической точек зрения. Планку подготовки необходимо поднять хотя бы до 18 лет.

В прошлом году у нас в 56 странах играли 360 детей проблемного возраста. Чтобы вернуть их в Россию, прежде всего надо создать систему соревнований в рамках международного календаря для теннисистов до 18 лет. Тур этот должен быть компактным, чтобы спортсменам было удобно переезжать с одного турнира на другой: Москва, Санкт-Петербург, Орел, Рязань, Пенза, Саранск, Ульяновск, Чебоксары, Йошкар-Ола, Казань. Делаем один турнир в неделю – два с лишним месяца спортивного календаря закрыты.

Параллельно должен функционировать ряд академий, в которых по ходу тура могли бы учиться и тренироваться его участники. За счет академий мы как раз решим вопрос полноценного методического процесса. Дефицит теннисных сооружений, считаю, вполне могли бы ликвидировать в рамках Федеральной целевой программы развития спорта в стране.

Крайне необходим и Сибирский теннисный тур по той же схеме, чтобы охватить талантливых ребят из того региона, не заставляя их мотаться в европейскую часть России. Это реально – в Ханты-Мансийске уже построены семь крытых кортов, в Тюмени доделываются в этом году четыре. В Нижневартовске корты уже есть, в Сургуте, строится теннисная база в Екатеринбурге.

– Какие средства требуются для реализации вашей программы?
– Бюджетную часть мы сейчас еще обсчитываем. Внебюджетное финансирование должно быть в размере 45 миллионов долларов ежегодно.

– Ого!
– Обратите внимание – эти средства предназначены для всей ФТР, а не на один клуб или команду, как в футболе или хоккее. Конечно, если мерить по нынешнему нищенскому бюджету ФТР, сравнимому с зарплатой Хиддинка, сумма и впрямь выглядит внушительной. Однако по сравнению с футбольно-хоккейными цифрами она смешная. Неужели какой-нибудь футбольный или хоккейный клуб приносит стране славу, сопоставимую с той, которую добывают для нее теннисисты?

45 миллионов – это годовой бюджет Канадской федерации тенниса, воспитанники которой звезд с неба, прямо скажем, не хватают. При этом замечу, что Теннисная ассоциация США ежегодно имеет в своем распоряжении $225 миллионов, Франции – более $200 миллионов. Индия сейчас вкладывает в программу развития тенниса около миллиарда долларов!

– На что конкретно пойдут средства в нашем случае?
– Если говорить о внебюджетном финансировании, то в основном на контракты федерации с теннисистами, тренерами, медицинское обеспечение. Мы уже говорили: ситуация на рынке такова, что мы должны платить за хорошего тренера не менее 10 тысяч долларов в месяц. Плюс обеспечение спортсменов, которое у мальчиков 16–18 лет на год оборачивается 130 тысячами евро, а у девочек – 70. Все это расходы по участию в соревнованиях вне страны.

– На какой стадии разработки сейчас находится «Программа развития тенниса»?
– Нам осталось описать единственную составляющую – типовые проекты крытых теннисных кортов и типовой проект академии. К концу марта планирую закончить работу, и можно будет программу сдавать.

– Куда?
– Естественно, что программа должна быть рассмотрена в Министерстве спорта. Уверен, мы найдем в этом смысле понимание с его руководителем Виталием Мутко, и эта программа станет нашим общим делом. Ведь наш теннис давно заслужил более трепетное к себе отношение.

– Предполагаете, что вам под нее выделят бюджетные средства и «назначат» федерации спонсора-олигарха?
– Нам все равно, откуда поступят средства. Я просто знаю, что они нужны именно в таком количестве и как можно быстрее, иначе последствия для нашего тенниса будут катастрофическими. Закономерность здесь простая: мало денег – один чемпион, много денег – система дает много чемпионов.

– То есть вы готовы поставить на карту свою репутацию и пообещать, что в случае выполнения вашей программы мы продолжим на равных сражаться с сильнейшими теннисными державами мира?
– Да мы не на равных будем – убежим вперед и надолго! Гарантирую, что в случае реализации наших задумок Россия останется первой во многих теннисных рейтингах.

Нужна ли России программа Тарпищева?

Елена ДЕМЕНТЬЕВА, олимпийская чемпионка:
– Конечно, нам нужен и юношеский тур для тех, кому не исполнилось 18 лет. Ведь соревновательную практику ничем не заменить! И академии теннисные, чтобы теннисом можно было заниматься не только в Москве и Санкт-Петербурге. Сейчас-то у нас, к сожалению, даже базы для подготовки сборных команд нет – не то что для всех остальных. При этом в той же Франции – какие царские условия… Не готова обсуждать финансовый аспект программы Шамиля Анвяровича, но по своей сути это то, что надо.

Вера ЗВОНАРЕВА, бронзовый призер Олимпиады-2008:
– Считаю, что идея Шамиля Анвяровича очень хорошая. Основные тезисы программы я слышала еще в Кремле, когда в прошлом году мы встречались с Президентом России. Нужно смотреть вперед и, несмотря на финансовый кризис, развивать теннис. Потому что я, как спортсменка, чувствую, что конкуренция на мировом уровне с каждым годом возрастает и, если Россия не сделает срочных ответных шагов, удерживать свое лидерство ей будет сложно. У нас действительно очень сильные детские тренеры, но им нужны достойные условия для работы. Что касается новой серии отечественных турниров, то это просто здорово! Мне самой очень нравится играть на Родине, это заряжает положительной энергией на месяцы вперед!

Система Orphus

Комментарии