05 декабря, понедельник Время на сервере 11:38
Теннис: Все новости

Савченко: в Пекине с нами поступали очень жестоко

08 февраля 2009, 07:50 | Автор: Роман Семёнов | Источник: Чемпионат.ру
Савченко: в Пекине с нами поступали очень жестоко
В преддверии старта четвертьфинальных поединков между командами Китая и России в рамках розыгрыша Кубка Федерации корреспондент "Чемпионат.ру" встретился с легендарной советской теннисисткой, ныне тренером сборной России Ларисой Савченко. Эта обаятельная и открытая женщина рассказала о состоянии команды перед началом матча, о том, что происходило в Олимпийской деревне во время Игр в Пекине, о своих отношениях с Мэри-Джо Фернандес и Настей Мыскиной и о многом-многом другом.

— Лариса, тренировочный процесс в подготовке к первому матчу Кубка Федерации завершён. Довольны проведённой работой?
— Я всегда довольна. Особенно довольна просто видеть девочек. В принципе, все они очень разные, у каждой свои методы подготовки, но то, что они в команде, это очень хорошо.

— В какой форме находятся наши лидеры Дементьева и Кузнецова, которым предстоит сыграть одиночные встречи?
— Форма у игроков такого уровня никуда не исчезает, она всегда есть. Другой вопрос, это акклиматизация, потому что всё-таки они из Австралии прилетели. Но я думаю, что всё нормально. Были моменты, что рано утром просыпались, иногда и всю ночь не могли заснуть, но, в принципе, думаю, что сейчас всё хорошо.

— Почему состав к этому матчу был сформирован таким образом? Будут ли в дальнейшем розыгрыше, если удастся пройти команду Китая, принимать участие Динара Сафина, Вера Звонарёва или Надя Петрова?
— В команду всегда привлекается большое количество игроков, но основа команды складывается из местоположения в рейтинге. Если кто-то не может участвовать или случаются травмы, то призываем следующего. Отталкиваемся от рейтинга. Когда команда составляется и она уже заиграна, то мы стараемся, что бы она по возможности оставалась такой же до конца сезона.

— В прошлом году вы ездили вместе с нашей женской олимпийской теннисной командой в Пекин. Расскажите об этом путешествии. Наверняка было много интересного, какие эмоции испытали? Что особенно запомнилось от поездки?
— Всё интересно. Очень интересно по общему состоянию того, что происходило. Да, в личных соревнованиях иногда есть такие моменты, когда ты приходишь в 2 или 3 часа ночи в закрытый зал и тебе надо сыграть встречу, потому что вечерние матчи задержали или что-то такое. Но я не помню, что бы так жестоко поступали. Никогда с таким не встречалась. Очень жестоко по отношению к нашим игрокам. Заканчивали очень поздно. Мы три дня подряд, приезжая в Олимпийскую деревню, когда выходили из автобуса, видели, как уже машины поливали тротуар, светало. Мы только заходили, а утром надо было повторять всё сначала. Для тренеров это было непросто, а уж для игроков тем более.

— В правилах нет никаких ограничений по этому поводу?
— Нет. Много было спорных вопросов. Хотя я думала, что там были возможные варианты. Динара заканчивала играть в полчетвёртого ночи, а её ставили играть полуфинал первым запуском против китаянки в четыре дня. Это было, конечно, очень сурово. Но нам сказали, что нарушений нет, мы можем писать протест, но уже ничего не исправишь.

— Но результат превзошёл все ожидания. Что чувствовали в тот момент? Были слёзы у Вас или у девочек? Как вы это отпраздновали?
— На самом деле было некое недоумение, потому что мало кто ожидал такого. Я не то чтобы не ожидала, но я не ожидала, что будет три. Я понимала, что кто-то обязательно туда доберётся и что-то точно захватит, но чтобы три медали! Для меня это было какое-то приятное недоразумение.

Праздновали, конечно. Было много радости, особенно со стороны девочек. Было очень приятно, когда огромное количество российских болельщиков и различных делегатов искренне поздравляли. Была радость, мы кричали, кто-то плакал. Но я не плакала, всё-таки за свою жизнь уже успела наплакаться (Улыбается.). Потом вечером мы поехали праздновать в Русский дом, там было очень весело. В целом могу сказать, что это был самый тяжёлый турнир. Безумно тяжёлый по всем отношениям: физическим, психологическим. Условия сложные, была ужасная духота, ведь кондиционер нельзя было поставить на кортах ни в какую сторону. Очень сложно, но когда на пьедестале были три наших девушки — это было достойно, очень красиво.

— В случае успеха в предстоящем противостоянии с Китаем в следующем круге нас ожидает победитель встречи Франция — Италия. С кем было бы предпочтительнее играть?
— На мой взгляд, предпочтительнее было бы играть дома, а это значит, что с Францией. Потому что на выезде играть не так комфортно, как у себя. Да, мы играем, хорошо играем, всё выигрываем, но дома всё-таки значительно комфортнее. Они находятся у себя дома, могут пообщаться со своими родными, а это очень много для них значит. Играть дома — это психологический отдых, несмотря на то что играть, конечно же, надо собранно. У девушек настолько тяжёлое расписание на весь год, что побыть недельку дома — большой плюс. Мне, в принципе, всё равно с кем играть, но лучше это делать здесь, так что пусть будут французы.

— А нет особенного давления, которое на теннисисток оказывается в домашних встречах? Ведь здесь от них ничего другого, кроме победы, не ждут.
— Вы знаете, никакого давления нет. Они любят играть, чтобы люди их видели, они этим наслаждаются. Мне кажется, что эта обстановка создаёт дополнительный толчок, заряжает хорошими эмоциями. Давления на нас уже нет, честно могу сказать. Даже если оно и будет, мы уже имеем право на проигрыш. Да и всё бывает, всё случается. Если оно будет, то оно будет достойным. В команде всё-таки находятся люди, и они тоже имеют право на ошибку.

— Вы хорошо знакомы с Зиной Гаррисон, а о новом капитане сборной США что-то определённое сказать можете? Что за человек Мэри-Джо Фернандес, каким она была игроком, каким будет капитаном?
— Мы с Зиной вместе играли, у нас хорошие отношения. Я знаю её как хорошего игрока. С Мэри-Джо я тоже знакома, мы играли в одно время. Но я даже не знаю, что сказать. Вы знаете, от капитана не то чтобы мало что зависит, но тут главное игроки. И даже если ты будешь Папой Римским, ты всё равно будешь только крутиться на стуле, ведь есть игроки со своей игрой, со своим классом. У меня есть с чем сравнивать, потому что меня несколько раз приглашали в сборную Латвии - и как тренера, и как играющего тренера. Я помогала этой команде. Вот я капитан, я скажу игроку что-то о тактике, но он не знает, что такое техника, он не может технически это сделать, или скажу о технике, а он забывает о тактике. От нас мало что зависит, всё зависит от игроков. Что касается Фернандес, то главное, какие в команде США будут участвовать теннисистки. Будут сёстры Уильямс — одно, не будет их — совсем другое. То, что она стала капитаном, — это очень здорово. Она очень мудрый игрок, очень умно играла на корте, и это было её отличием. Она может много рассказать и вложить в тех девочек, которые будут у неё в команде. Если говорить о личных наших взаимоотношениях, то: "Привет-привет", "Пока-пока", "Как дела?", "Как дети?". Всё, все вопросы, все ответы (Улыбается.).

— Вы абсолютный рекордсмен, выступали на протяжении 9 лет за сборную. Уже не первый год являетесь тренером команды. Что Вас может удивить в этом деле? Что даёт Вам стимул для дальнейшей работы?
— Хороший вопрос. Всё это началось с того дня, что когда я сама играла за команду, то мы два раза выходили в финал, но так и не выиграли. Потом, через какое-то время, Шамиль мне предложил стать тренером. Всё началось с того, что мне стало интересно, потому что я этот турнир никогда не выигрывала. Мне показалось, что если ты тренер команды, то ты можешь сделать много чего, чтобы достичь победы. Была какая-то цель, был какой-то стимул. Вот он пришёл, всё достигнуто. Сейчас мне интересна адаптация игроков к команде. Ведь состав постоянно меняется, а это настолько всё индивидуально, со своими "заморочками". Приходя в команду, нужно как-то подстроиться, нужно немного изменить себя. Другие разговоры, другие игры, всё это ново. Мне это интересно, ведь доказывать что-то мне уже не надо, всё, что можно было, всё уже выиграла.

— Вы были первой ракеткой мира в парном рейтинге, неоднократно побеждали на турнирах "Большого шлема" в паре и миксте, выиграли множество других турниров. Можно ли сравнить все эти личные успехи с теми, которых Вы добились в качестве тренера - личного и командного?
— Нет, они все разные, добыты по-разному. Эмоции сильнее, наверное, всё-таки тренерские. Когда мы выигрываем на корте, мы ничего не чувствуем. Всё это так приелось. Да, проходит день-два, ты понимаешь, что выиграла что-то, но ничего особенного не происходит. А тренерские эмоции — это другое. Ты сидишь на скамейке, ты обезоружен, эмоции бурлят внутри тебя, и ты ничем не можешь помочь. И когда что-то свершается, игрок выигрывает и показывает такую игру, которую ты хотел увидеть, тогда — да! Тогда это полная победа.

— Взрослую, сформировавшуюся теннисистку, наверное, невозможно научить чему-то новому. Как Вам удаётся добиваться результатов? Вы строгий тренер?
— Нет, я не строгий тренер, скорее, требовательный. Потому что, когда ты требуешь что-то от себя и когда всегда требовал от себя, то требуешь это и от другого человека. Если ты работаешь с человеком, то главное, чтобы он тебе доверял, а ты уважал его труд. Людей такого уровня уже невозможно чему-то обучить, им, скорее, нужен некий "человек-поводырь", если грубо сравнивать. Человек, который не будет на них кричать и заставлять что-то делать, а который скажет пару ласковых слов, что-то подскажет, чмокнет. Тут уже эмоции, тут уже особое состояние, потому что технику у спортсменов такого уровня уже не изменить, тут достаточно выйти на корт с корзиной и 15 минут покидать мячи, и они заиграют, как умеют. А вот состояние, нутро, настрой, бывают моменты, когда человек в полном расслаблении, его необходимо собрать в целое, вот это очень важно.

— Вы работали со многими известными теннисистками, среди которых была и Лена Бовина. Как считаете, сможет ли она вернуться на свой прежний уровень?
— Лена — этот фанат тенниса. От пяток до пучка на голове она пронизана теннисом. Я ей желаю, чтобы она опять пришла туда, где она была. С годами приходит особая мудрость, и я ей желаю, чтобы она всегда помнила о своих ошибках, о каких-то уроках и чтобы снова добилась успехов на этом поприще.

— Вам не кажется, что Лина Красноруцкая, с которой Вы тоже работали, не до конца смогла реализовать свой потенциал и рановато закончила карьеру?
— Кажется, конечно. Были травмы, были очень быстрые, как мне кажется, восстановления, которые оказались не до конца залечены. Всё наслаивалось, и некоторое стечение обстоятельств надо было выдержать, переждать. У неё очень длинный теннисный путь, но его можно было ещё продолжать. Перетерпеть, зализать раны, и продолжать. Очень жалко, что так сложилось.

— Вы не только сотрудничали с Настей Мыскиной, но и находитесь с ней в очень близких отношениях. Она является крёстной мамой ваших детей, Анастасии и Владимира. Вы находите время для частых встреч? Что сегодня происходит у Насти? Она не скучает по теннису?
— Да, время находим, ищем и находим. Когда я в Москве, этот вопрос сам отпадает. Я дружу с её мамой, мы часто бываем вместе. И с Настей по возможности, да и когда её нет, всё равно встречаемся, заезжаем в гости. Что касается тенниса, то думаю, что Настя по нему не скучает. А что по нему скучать? Пришло решение — так сложилось. Она в теннисе достигла много всего, и даже больше, чем достаточно. Пришёл в её жизнь малыш, который стал большим счастьем. А с теннисом она соприкасается, она его комментирует, она ездит на турниры. Сейчас Настя занимается той жизнью, которая доставляет ей удовольствие.

— У вас двое детишек, которые ещё очень маленькие. Но когда они подрастут, вы наверняка познакомите их с теннисом. Желаете, чтобы они пошли по Вашим стопам и стали профессиональными теннисистами?
— Желаю. Да, желаю. Настаивать не буду, но, как Вы сказали, конечно, познакомлю их с теннисом. Отдам их другому тренеру, потому что сама на каком-то этапе не желаю к этому подключаться, даже если что-то получится. Но то, что ознакомлю, это точно! А как иначе — сама теннисистка, а отдам их в плавание или стрельбу какую-нибудь? (Смеётся.)

— Вы сами из Украины, но имеете непосредственное отношение к Латвии. Следите за их теннисом, может быть, желаете работать с латвийской федерацией?
— Я родилась в городе Львове, случайно, так как мой папа был военный. Но в течение жизни меня как-то забросило жить в Латвию. Я воочию видела, всё на себе испытала, что там происходит. Конечно, за их теннисом специально не слежу, но мне нравится Эрнест Гулбис, недавно ездила по детским маленьким турнирам. Я примерно знаю, что происходит, но специально не слежу.

Система Orphus

Комментарии