09 декабря, пятница Время на сервере 08:49
Теннис: Все новости

Больше, чем тренер

30 января 2009, 07:30 | Автор: Юлия Ниткина | Источник: Sports.ru
Больше, чем тренер
Вы знаете, что объединяет Марсело Риоса, Марата Сафина и Роджера Федерера? Естественно, кроме незаурядного теннисного таланта и непростого характера. Это имя тренера, который находился рядом с каждым из этих первых ракеток мира в не самые простые периоды их жизни. Большой, жизнерадостный, вечно жующий, совершенно не похожий на шведа сегодняшний именинник Петер Лундгрен.

Как вдохновить на победы истеричного чилийского подростка, как довести до первой победы на «Уимблдоне» вечно самобичующегося швейцарского перфекциониста, как вернуть мотивацию загадочному татарину с душой славянина? Каким-то образом он знал ответы на все эти вопросы. Если оценивать тренеров по классификации Питера Бодо, то для него нет подходящей категории. Он никоим образом не умеет манипулировать своими учениками и даже вряд ли является наставником в прямом смысле этого слова. Для него хорошо подходит английское слово motivator. Он не тот, кто учит, а тот, кто просто помогает человеку раскрыть свой потенциал. Интересно при этом, что то ли судьба, то ли его собственная интуиция все время сводила его со спортсменами определенного типа – чрезвычайно талантливыми, артистичными, творческими, которых нельзя назвать фанатиками от спорта, это люди, испытывающие именно проблемы с мотивацией.

Ответ на вопрос, почему Лундгрену удавалось находить для них мотивацию, достаточно прост. Все их проблемы он прошел и прочувствовал на себе. Петер Лундгрен родился 29 января 1965 года в шведском городке Солефте (позже семья переехала в Сундсваль). Его родители были людьми творческих профессий – мама занималась джазовым балетом, а отец был неплохим музыкантом и играл на саксофоне. Никто в семье не был озабочен тем, чтобы привести ребенка на корт, заставить его заниматься и сделать из него великого спортсмена.

В теннис он пришел сам, когда ему было уже 10 лет, при этом, по его собственному утверждению, его гораздо больше интересовал футбол и хоккей, к тому же он увлекался музыкой: «В то время я хотел заниматься музыкой. Электрическая гитара – мой любимый инструмент. Музыка – это то, что мне действительно нравится. Что касается тенниса, это забавная история, когда я был маленьким, я носил очки, и мне было трудно играть в хоккей, потому что мне их все время разбивали. Если бы я был молодым сейчас, и у меня были бы контактные линзы, возможно, я никогда не стал бы теннисистом, а стал бы хоккеистом. Кто знает». Но успехи, которые он показал в теннисе, к 15 годам выиграв Opel Cup, заставили его принять решение полностью сосредоточиться на этом виде спорта.

Немаловажную роль здесь сыграла и та шведская модель развития тенниса, детищами которой стали и Матс Виландер, и Стефан Эдберг, и Андрес Яррид, и еще целая группа шведских теннисистов, вдохновленных примером великого соотечественника – Бьорна Борга. В это время в Топ-100 входило 14 шведских игроков. Следует отметить, что из всей этой группы именно Лундгрена провозгласили наследником Борга за длинные волосы и некоторое внешнее сходство. Правда, его игровой стиль довольно сильно отличался от стиля великого Бьорна – игре на задней линии он предпочитал более активный наступательный стиль, с обилием выходов к сетке. От него ждали больших побед, но эти победы так и не пришли.

Переход из юниоров во взрослый тур оказался для него неоднозначным. С одной стороны, в 1985 году двадцатилетний швед поднялся в рейтинге со 180-й позиции на 25-ю и получил приз за самый яркий взлет в мужском теннисе. С другой стороны, он так и не поднялся выше второго десятка (это 25-е место так и осталось его лучшим показателем). На тот момент абсолютно все специалисты сходились во мнении, что он чрезвычайно талантлив, и также чрезвычайно ленив. Он всегда обладал огромным жизнелюбием и не готов был отказаться от всех радостей жизни ради тенниса. Очевидцы утверждают, что он любил ночную жизнь, а также каждый раз после матча пил пиво и ел сосиски. Когда Лундгрен тренировался по 5 часов в день, это не отражалось на его фигуре. Однако, ежедневные тренировки закончились, а пиво осталось. Именно поэтому 20 лет назад он весил на 20 килограмм меньше.

Есть еще одна черта в характере Лундгрена, которая не позволила ему рассчитывать свою карьеру для достижения спортивного результата. По его собственным словам, он всегда больше ценил в теннисе шоу, нежели спорт: «Мне было трудно играть на маленьких кортах при маленькой аудитории. Только играя на больших аренах перед большим количеством болельщиков, я понимал, что теннис это здорово». Видимо именно поэтому Лундгрен имеет в своем активе победы над Виландером, Чангом, Курье, Лендлом, Сампрасом, Леконтом и Чесноковым, причем в то время, когда каждый из них входил десятку. Но при этом, опять же по его собственным словам: «Я побеждал многих первых ракеток своего времени, включая молодого таланта по имени Пит Сампрас, но у меня были смены настроения, иногда я терял мотивацию и неожиданно проваливался, играя против теннисистов с низким рейтингом». В общем, в 1993 году, когда он упал во вторую сотню мирового рейтинга и должен был пробиваться на турниры сквозь сито квалификации, он не смог заставить себя делать это: «Я положил ракетку на полку, когда опустился на 250 позицию и понял, что путь обратно будет слишком длинным». Случилось это в 1995, когда ему уже было 30.

Но при этом Лундгрен чувствовал, что у него есть достаточно сил и желания, чтобы посвятить себя еще чему-то кроме спокойной жизни в Хуннебоштранде, где он купил летний дом для своей жены Евы и двоих детей. Понимая, что свой спортивный талант он, по большому счету, растратил попусту, Лундгрен решил, что может делиться своим опытом с молодыми игроками, прежде всего показав им на своем примере, что ментальная сторона в теннисе, пожалуй, даже важнее технической и физической. Как раз в это время в его жизни и возник строптивый чилиец Марсело Риос.

Дело в том, что у Лундгрена и Риоса был один агент – Марк Маккормак. Он-то и спросил Петера, прослышав про его желание попробовать себя на тренерском поприще, не хочет ли он поработать с молодым чилийцем. Как ни странно, они сразу же нашли общий язык. Лундгрен проработал с ним 8 месяцев, что является для Риоса абсолютным рекордом. И именно под его чутким руководством Марсело вошел в десятку. Правда, сам Петер позже со смехом говорил, что ему казалось, «что это были самые долгие 8 месяцев в его жизни». Они расстались после того, как Лундгрен заявил, что Риосу «скорее нужен психолог, чем тренер».

После Риоса по приглашению федерации тенниса Швейцарии он переехал работать в альпийскую страну, чтобы помочь швейцарской команде на Кубке Дэвиса. Как ни странно, в свои личные тренеры его выбрал сам Роджер Федерер, который тогда был шестнадцатилетним подростком. Роджер всегда восхищался Риосом, вполне справедливо считая его незаурядным игроком, за которым интересно наблюдать. Надо признать, что Лундгрена попросили заняться Федерером, охарактеризовав его так: «У нас есть мальчишка редкого таланта с характером Риоса». Понятно дело, что Лундгрен просто не мог отказаться. Сейчас забавно читать его рассказы о молодом Федерере: «Он умел выполнять практически любые удары, но очень плохо двигался по корту и был чрезвычайно ленив. Его также было очень сложно мотивировать. В начале было действительно очень тяжело, но постепенно становилось все лучше и лучше».

Сейчас, наверное, каждый поклонник тенниса знает, что идеальный теннисный джентльмен Роджер Федерер в юности обладал вспыльчивым характером, ломал ракетки с не меньшим удовольствием, чем Марат Сафин, комментировал каждое свое действие на корте, выходил из себя при ошибках, и именно по этим причинам его взлет на вершину оказался не столь быстрым, как предполагалось исходя из его таланта. Новый тренер, помня свое неидеальное поведение на корте, нашел ключ к успеху для молодого подопечного. Сам Федерер позже признавал, что характер Лундгрена похож на его собственный: «Он всегда делал все неправильно. Когда ему говорили, что нельзя бросать ракетку, он поворачивался и бросал две, как раз так, как и я делал в том возрасте». Лундгрен, со своей стороны, первым понял, что причины несдержанного поведения Федерера кроются не в его плохом характере, а в его стремлении к идеальному теннису: «Мне пришлось научить Роджера выигрывать некрасиво. Он художник, и когда его удары не работали, он раздражался и терял концентрацию. Он мог делать с мячом абсолютно все, но ему пришлось научиться упрощать свою игру. Когда мы начали работать, он ненавидел выходить к сетке. Он вел себя так, как будто с его стороны сетки находится стая акул. Путем длительных тренировок нам удалось убрать этих акул».

Лундгрен работал с Роджером на постоянной основе, путешествовал с ним 40 недель в году, что являлось для него непростым испытанием (еще будучи игроком, он говорил, что ненавидит эти разъезды), жил с ним на турнирах, вместе с ним завоевал 10 титулов АТР, включая первую для Федерера победу на «Уимблдоне» и помог ему подняться на вторую строчку мирового рейтинга. Они расстались в 2004 году. По версии Марка Ходжкинсона, его уволили за то, что он не мыл за собой посуду, что очень раздражало подругу швейцарского гения Мирославу Вавринец. В какой-то степени ее можно понять, ведь все сходятся во мнении, что этот человек очень много ест и не отличается особой аккуратностью. С другой стороны, это вряд ли можно воспринимать серьезно. Сам Лундгрен считал расставание с Федерером правильным шагом, потому что, во-первых, их совместная работа превратилась в какой-то степени в рутину, а во-вторых, их сотрудничество достигло поставленных перед собой целей. «У меня не было тяжелого чувства, это был вполне естественный шаг. Мы так долго и так интенсивно работали вместе, что нам лучше было расстаться друзьями в тот момент, когда он поднялся на вершину. Сам являясь бывшим профессионалом, я прекрасно понимал это. Тренер – это хорошая работа, но при этом на тебя лежит огромное давление. Пока все хорошо, ты в порядке, но если что-то идет не так, то первым виноват тренер». Итак, они расстались друзьями, и, по признанию Лундгрена, до сих пор периодически перезваниваются.

Лундгрен собрался возвращаться в Швецию к жене и детям, но практически сразу после расставания с Федерером ему позвонил менеджер Марата Сафина, и после небольшого отдыха Лундгрен снова заступил на пост тренера. На этот раз мальчик был тоже очень несдержанный, но уже большой. Побывав первой ракеткой мира и выиграв US Open, в 2003 году Марат опустился в восьмой десяток мирового рейтинга, и, в общем, вполне серьезно подумывал о завершении карьеры. И вновь проблема состояла в мотивации. Сафин потерял желание играть, потерял уверенность в себе и отчаянно нуждался в чем-то таком, что вернуло бы его в строй.

В конце 2004 года после поражения в первом круге на US Open, журналисты наблюдали интересную картину – Сафин и Лундгрен долго спорили в раздевалке. Марат настаивал на том, что сезон надо заканчивать, ничего не получится, игра не идет, надо сниматься со всех турниров, Лундгрен пытался настроить его позитивно, настаивал, что турниры в Азии и в Европе на закрытых кортах помогут вернуть его игру. Его настойчивость окупилась. В 2004 году Марат победил в Пекине, затем в Мадриде и в Париже. После этого Лундгрену удалось внушить своему ученику, что он способен победить также и на турнире «Большого шлема». Надо отметить, что их взаимопонимание удивляло всех, включая гуру российского тенниса Шамиля Тарпищева. По словам президента ФТР «ни один иностранец не может успешно тренировать Сафина, потому что он слишком «россиянин»». Но после Открытого чемпионата Австралии 2005 года Шамиль Анвярович с удовольствием признал свою ошибку: «Надо полностью признать, что Лундгрену удалось обуздать темперамент Марата и направить его на позитивный путь. Он доказал, что я не прав, но я не расстроен, я очень счастлив и за Марата, и за Петера. Похоже, они наши общий язык, сейчас я вижу, как Марат уважает своего тренера». А сам Марат объяснял свой феноменальный успех после победы над Хьюиттом в финале очень просто: «Он заставил меня поверить, что я могу быть хорошим игроком, и научил меня меньше сомневаться в себе. Он понял, кто я, а я понял, чего он хочет от меня».

Нельзя не вспомнить, что на пути к этой победе состоялся памятный всем эпический полуфинальный матч между Сафиным и Федерером. Что уж там рассказал Лундгрен Сафину о Федерере – неизвестно, но поклонники Федерера до сих пор укоряют тренера в том, что он выдал все секреты тогдашнего лучшего теннисиста мира этому необузданному россиянину. А вот несколько слов о тренерской методике Лундгрена, принадлежащих ему самому: «Я никогда не пользуюсь статистикой, я больше полагаюсь на чувства. В один день бэкхенд может забарахлить, в другой день – смэш. С этими парнями надо учитывать массу деталей. В моей работе масса психологии и чувства. Самое большое мое преимущество, что я сам был игроком и знаю, о чем говорю. А иногда просто надо помолчать».

Расставшись с Сафиным в 2006 году, Лундгрен работал тренером в LTA. Там собралась очень сильная команда из Гилберта, Анакона, Ллойда и собственно Лундгрена. Наверное, трудно ожидать, что такое собрание звезд принесет большие плоды. К тому же с Лундгреном там вообще произошла очень странная история. После одного из собраний тренеров было замечено, что его речь несколько несвязна, его даже обвинили в том, что он был банально нетрезв. Сам он объяснил этот феномен тем, что очень волновался, но в итоге он был отпущен в непонятный длительный отпуск «по личной причине».

А уже буквально в декабре прошлого года Лундгрен объявил, что будет работать в теннисной академии в Париже. «Я устал от работы с одним игроком. Я начну работу в академии в январе и нацелен на поиски молодых, перспективных игроков. Первым делом я отправлюсь в Австралию, где будет несколько интересных теннисистов. У меня было множество предложений об индивидуальном сотрудничестве, но мне была нужна стабильность. Я не утверждаю, что никогда не вернусь в тур. Но на данном этапе мне было необходимо что-то более основательное. В конце концов, у меня есть семья, которую надо кормить, а в академии мне предложили трехлетний контракт. Каждый день я читаю о том, как увольняют тренеров. Игрок нанимает тренера с тем, чтобы был кто-то, кто будет орать на него время от времени, но когда ты находишься на этом месте и стараешься заставить своего игрока работать, то рискуешь быть уволенным».

Пока трудно сказать, что приобретет теннисная академия в лице человека, который играет рок, обладает коллекцией винтажных гитар, рассказывает о себе, что его любимые напитки – это пиво и вино, что он практически никогда не читает книг, но при всем при том по-прежнему дружит с Маратом Сафиным и созванивается с Роджером Федерером. Судя по тому, что своего самого успешного ученика он пестовал с 16 лет, может быть, ему действительно удастся найти капризного, но талантливого подростка и сделать из него чемпиона. Возможно, он действительно знает, как забраться на вершину мира. Возможно, он действительно больше, чем просто тренер.

Система Orphus

Комментарии